Аникеев ритуально приобнял Степана, после чего с чувством выполненного долга плюхнулся на его кровать и пару раз качнулся на сетке.

– Ого! Да ты тут неплохо устроился! Сексодром еще тот! С медсестрами небось каждую ночь кувыркаешься?

– Ага, с ними покувыркаешься… – вздохнул Степан. – Им лишь бы иголку потолще в задницу воткнуть. Одни извращенки, короче…

– Да?.. А я тут познакомился с одной медсестрой. Так она вполне нормальная, с либидо… Может, все дело в отделении? Ты в других знакомиться не пробовал, Степа?

– Да у меня все эти отделения уже вот где! И медсестры! Я домой хочу! И выпить… – Горов горестно посмотрел на пакеты и добавил: – А вы мне эту фигню притащили…

Леньчик и пристроившийся на подоконнике полковник Логинов вдруг одновременно засмеялись. Горов удивленно посмотрел на них:

– Вы чего?..

Логинов улыбнулся:

– Да того, что ты, Степ, оперативное чутье напрочь потерял! Это на тебя так уколы подействовали или отсутствие личной жизни?

Горов замер и сказал:

– А… – Потом быстро взвесил в руке коробку с тортиком и расцвел улыбкой: – А-а!..

– Лучше поздно, чем никогда! – воскликнул Аникеев.

– Случай небезнадежный! – констатировал Логинов.

Горов тем временем уже метнулся к тумбочке.

– Только с посудой у меня не очень… Так что придется по очереди!..

– Ничего, мы непривередливые! – заверил его Логинов.

– А тебе ночной горшок что, не положен? – спросил Аникеев.

Не обращая внимания на это подтрунивание, Горов сунул для конспирации картонную коробку из-под торта в тумбочку и только потом снял с нее крышку.

– Ого! – невольно вырвалось у него. – «Реми Мартен»! Ни фига себе! Откуда?

– Привыкай жить красиво, Степа, – ухмыльнулся Логинов. – Нам с тобой за возвращение государству гарнитура императрицы Елизаветы премии выписали – в размере полугодовых окладов!